1 Выступление на Всероссийском форуме медицинских работников | Медицина Российской Федерации
Выступление на Всероссийском форуме медицинских работников 14.04.2011

Выступление на Всероссийском форуме медицинских работников

Добрый день, уважаемые друзья! Прежде всего большое вам спасибо за приглашение принять участие в вашем форуме.

Мы уже на протяжении как минимум полугода на федеральном уровне, практически на всех федеральных телевизионных каналах говорим и пытаемся обсуждать вопросы, связанные с развитием отечественного здравоохранения. Но моё общение на бытовом уровне с моими личными знакомыми и друзьями, которые работают в сфере здравоохранения, показало, что медицинская общественность всё-таки об этом мало что знает. И поэтому такая встреча со специалистами со всех территорий Российской Федерации очень востребована, с тем чтобы медицинские работники напрямую, прямо из первоисточников – от Министерства здравоохранения и соцразвития, от наших экспертов и специалистов – узнали бы, что планируется сделать в сфере здравоохранения, а наши эксперты, руководители ведомства могли бы услышать вас и при необходимости своевременно внести коррективы в те планы, которые сейчас формируются.

Хочу вспомнить Солженицына, который говорил о главном приоритете любого государства – о сбережении нации. И это, безусловно, остаётся нашим важнейшим приоритетом. Мы последовательно увеличиваем инвестиции в социальную сферу, образование, здравоохранение и начиная с 2006 года приступили к реализации, как вы знаете, национальных проектов, в каждом из которых есть ярко выраженная демографическая составляющая.

Нам удалось снять – правда, снять – самые острые, самые кризисные проблемы. Прежде всего мы остановили разрушительные тенденции, которые ставили под вопрос сами перспективы существования, развития государства, которые грозили нам настоящей катастрофой в том случае, если бы мы ничего не предпринимали. И, несмотря на все наши усилия (а их было немало), всё-таки за пять последних лет население страны сократилось на 500 тыс. человек: это тяжёлые цифры. Правда, мы не должны забывать, что в 1990-е гг. Россия каждый год теряла по 700–800 тыс. человек, иногда к миллиону приближалась эта цифра.

Сейчас мы, конечно, отступили от этой крайней черты, от пропасти. И хотя впереди ещё очень много работы, всё-таки доказали: демографические проблемы, какими бы сложными они ни казались, всё-таки подлежат разрешению, их можно решать. С 2005 года продолжительность жизни в нашей стране выросла почти на четыре года: рождаемость – на 19%, а смертность уменьшилась более чем на 11%. При этом значительно (на треть) снижен уровень младенческой смертности. С 2005 по 2010 год, например, продолжительность жизни в России увеличилась с 65,3% до 68,9% – почти до 69 лет.

Конечно, в основе социального благополучия, безусловно, лежат экономика и успехи в сфере экономического развития. Но постановка вопроса, при которой предлагается иногда сначала добиться экономического процветания, а потом решать социальные проблемы, – такая постановка вопроса не может быть принята. Я глубоко убеждён, что нам нужно и экономику развивать, и социальную сферу поддерживать. И экономика, и социальная сфера, конечно, должны находиться в известной гармонии.

Мы будем и дальше вкладывать ресурсы в человека, благополучие семьи, создание условий для полноценной жизни и самореализации наших граждан, жилищные программы, образование, охрану материнства и детства, медицину. И от этих планов, конечно, государство не намерено отступать. Хотя, конечно, решать эти проблемы, особенно в условиях мирового финансового кризиса, было очень сложно. Само принятие решения о выделении таких значительных ресурсов на дальнейшее развитие образования в условиях кризиса было сложным. Имею в виду огромное количество факторов неопределённости в мировой и нашей экономике.

Но, как я уже сказал, считаю, что можно обеспечить и рост экономики, и повышение социальных стандартов. В своё время, в 2005 году, когда принималось решение по нацпроекту «Здоровье», у нас было много сомневающихся. Многие эксперты говорили: а нужны ли вообще эти усилия, нужно действовать по плану, спокойно и никаких экстраординарных вливаний и решений не нужно, и все эти экстраординарные действия, как правило, не приносят должного эффекта, а деньги просто спалим и всё. Но сейчас практика показала, что мы приняли тогда правильное решение.

Можно посмотреть, каких результатов мы достигли за счёт совместной работы федеральных, региональных властей и здесь присутствующих, и ваших коллег – медицинского сообщества.

Всё меньше наших граждан умирает от туберкулёза и от дорожных травм. Начала снижаться смертность от болезней системы кровообращения и от онкологических заболеваний.

В период реализации комплекса мероприятий по профилактике и лечению туберкулёза, например, с 2008 по 2010 год смертность от этого заболевания сократилась на 16,2%. А меры по созданию системы оказания медпомощи при дорожных травмах в период с 2008 по тот же самый 2010 год привели к снижению смертности при дорожных травмах на 20%. Это всё-таки уже солидно.

Есть определённые снижения и от болезней системы кровообращения. Там цифры гораздо более скромные – 4,5%, но за ними конкретные люди, жизни конкретных людей.

Около 10 тыс. лечебных учреждений получили современную медицинскую технику, а служба скорой помощи – более 13 тыс. автомобилей, новых, хорошо оборудованных. Время ожидания диагностических обследований в поликлиниках сократилось более чем в 3 раза, почти в 2 раза сократилось время приезда к пациентам бригад скорой помощи.

Особое внимание мы уделили будущим мамам и новорождённым. В рамках программы «Родовой сертификат» медицинская помощь оказана около 8 млн женщин и около 4 млн малышей. И что важно, в этом секторе здравоохранения уже сформировалась эффективная конкурентная среда между родильными домами: женщина имеет право выбрать тот роддом, где ей обеспечат наиболее комфортные условия.

Эти мероприятия не кардинальным, конечно, образом, но всё-таки повлияли и на уровень доходов медицинского персонала. Заработная плата врачей, работающих по системе родового сертификата, в среднем повысилась на 20%. Кроме того, в 2010 году открылось 11 новых перинатальных центров, оснащённых самым современным оборудованием. До конца текущего года должно быть введено в эксплуатацию ещё 12 таких центров. И те из вас, кто бывал там, знакомился с работой этих центров, я думаю, убедились в целесообразности такой программы. Не знаю, как у вас, а у меня чувство гордости возникает, когда я вижу людей, которые там работают, и условия, в которых они там трудятся. Это всё-таки совсем другой уровень, часто даже опережающий тот уровень, который достигнут у наших соседей, скажем в европейских странах.

Мы продолжаем создавать условия для повышения доступности медицины высоких технологий. За пять лет высокотехнологичную помощь получило более 1 млн пациентов. Это, конечно, значительно больше, чем было в предыдущие годы, но этого, конечно, тоже мало. И когда я думаю о том, что кому-то эта помощь не оказана, сердце сжимается, потому что за этим реально судьбы и жизни людей стоят.

Уже работает тем не менее семь высокотехнологичных медицинских центров – в Пензе, Чебоксарах, Астрахани, Хабаровске, Красноярске, Челябинске, Тюмени. В текущем году должно быть введено в строй ещё пять таких центров.

В целом за счёт нацпроекта «Здоровье» в здравоохранение за пять лет дополнительно поступило около 780 млрд рублей. Это, подчеркну, помимо текущего финансирования, которое не сокращалось, а, наоборот, увеличивалось. Мы продолжим реализацию всех проводимых в рамках нацпроекта мероприятий: до 2013 года только из федерального бюджета на эти цели будет выделено 788,7 млрд.

Особо подчеркну: наша совместная работа в рамках нацпроекта создала основу для широкой модернизации российского здравоохранения. Но мы хорошо понимаем, что остаётся ещё много проблем, что медицина по-прежнему требует больших финансовых вложений.

В прошлом году, когда страна только выходила из кризиса, у нас также было много споров о дальнейших планах по развитию здравоохранения. Мы приняли решение реализовать новый социальный проект в этой сфере, запустить масштабные программы модернизации здравоохранения в регионах Российской Федерации. Чтобы понять логику и мотив наших действий, нужно просто посмотреть на реалии, правде в глаза.

Мы говорили о наших некоторых положительных тенденциях в системе здравоохранения и в целом есть о чём сказать. Но всё-таки продолжительность жизни в нашей стране значительно ниже, чем в соседних (тех же европейских странах), на 8–10 лет. Смертность населения от тех же самых болезней, о которых я сейчас упоминал, от болезней системы, скажем, кровообращения, превышает показатели стран Западной Европы в 4–5 раз, младенческая смертность в 1,5–2 раза выше.

Более 30% российских больниц не имеют горячей воды, свыше 8% – водопровода, 9% канализации не имеют. В капитальном ремонте нуждается четверть медицинских учреждений Российской Федерации. Если говорить о техническом состоянии и оснащении, то более 60% рентгеновских, например, аппаратов и почти половина аппаратов УЗИ и электрокардиографов выработали свой ресурс.

Зарплаты многих медицинских работников едва превышают прожиточный минимум. И такое отношение к врачу в свою очередь оборачивается низким качеством медицинской помощи – совершенно очевидный факт. Очевидно также и то, что затягивать преобразования в здравоохранении, брать паузу, ссылаясь на кризис, временные трудности, конечно же, невозможно.

И тогда, и сейчас на все 100% убеждён, что мы приняли единственно верное решение – сформировали финансовую основу для региональных программ. Теперь у нас есть возможность за два года дополнительно вложить в систему здравоохранения ещё, кроме текущего финансирования, очень приличные деньги – 460 млрд рублей – на приведение в порядок той самой сети медучреждений в российских городах и селах, о которой я только что говорил. По сути, это вложение в здоровье человека, повышение качества и доступности медицинской помощи и, конечно, людей, которые ежедневно выполняют благородную миссию – приходят на помощь к больному.

В течение ближайших двух лет в отечественном здравоохранении должны произойти серьёзные изменения. И главное – их должны почувствовать, ощутить эти положительные изменения граждане Российской Федерации.

Уважаемые друзья!

Позвольте остановиться на приоритетных вопросах, на которых необходимо сконцентрировать общие усилия всех уровней власти и врачебного сообщества.

В рамках региональных программ модернизации прежде всего предстоит укрепить первичное звено здравоохранения – это районные, городские больницы и поликлиники, фельдшерско-акушерские пункты и амбулатории на селе: именно они оказывают до 80% медицинской помощи населению.

В ближайшие два года будет отремонтировано более 40% государственных и муниципальных лечебных учреждений, завершено строительство всех начатых объектов (для справки могу сказать, что планируется отремонтировать около 8 тыс. из 18 тыс. государственных и муниципальных учреждений здравоохранения). В систему здравоохранения поступит более 100 тыс. единиц современной медицинской техники. Номенклатура очень широкая – примерно 1 тыс. 400 моделей и образцов. На эти цели за два года будет направлено 100 млрд рублей из федерального бюджета – это около половины сегодняшнего годового объёма рынка медицинской техники.

Мы должны выстроить чёткий, понятный и прозрачный процесс закупки оборудования и ремонта зданий, исключить любые спекуляции, отсекать фирмы-однодневки, разного рода коррупционные проявления. Для этого будут внесены соответствующие изменения в законодательство. Важно не только организовать ритмичные поставки, монтаж оборудования, но, конечно, и обучать медицинский персонал работать на нём – работать качественно и сохранять оборудование, которое будет приобретаться.

В январе на съезде Федерации независимых профсоюзов мы говорили о том, что соответствующие нормы должны быть зафиксированы в коллективных договорах. Нужно обязательно предусмотреть организацию стажировок, практик на базе ведущих центров и клиник, продолжить целенаправленную работу по развитию системы переподготовки кадров.

И ещё об одном. Говоря о медицинской технике, мы, как правило, имеем в виду сложное оборудование – томографы, ультразвуковые сканеры, автоматические микроанализаторы и так далее. Между тем крайне важно, чтобы у каждого врача были так называемые портативные приборы – от компактных аппаратов УЗИ, ЭКГ до элементарного устройства для измерения давления, всё то, что позволяет повысить точность диагностики и качество предлагаемых медицинских услуг, качество лечения. Особенно хорошо должен быть оснащён врач, работающий в отдалённых районах, где ему приходится быстро принимать решения, причём принимать решения самостоятельно.

Вы помните, какой дефицит специалистов испытывало первичное звено здравоохранения несколько лет назад. В 2005 году укомплектованность врачами участковых служб составляла 60%, а в некоторых регионах не хватало более половины участковых врачей. В рамках нацпроекта «Здоровье» мы сохранили и, можно сказать, возродили это звено здравоохранения, привлекли на работу новых врачей и средний медперсонал. Был повышен уровень оплаты труда более 300 тыс. медицинских работников первичного звена, более 50 тыс. участковых врачей прошли переобучение, получили дополнительные знания. Коэффициент совместительства на врачебном участке сократился с 1,6% в 2005 году до 1,1% в 2010 году.

Нам необходимо, конечно, двигаться дальше, и прежде всего речь идёт об изменении принципов работы участковых врачей. Сейчас до половины своего рабочего времени они тратят на выписывание разного рода справок, направлений и рецептов, то есть на те вещи, которые имеют лишь косвенное отношение к самому процессу лечения и диагностики. И как шутят некоторые мои знакомые из вашего сообщества: врач о пациенте помнит всё, а бумажки пишет для прокурора. Вот такая ситуация, конечно, неприемлема и должна быть изменена.

Надо раз и навсегда решить вечную проблему отечественного здравоохранения – избавить врачей и медицинский средний персонал от заполнения вороха подчас бессмысленных бумаг, а ту информацию, которая реально необходима, перевести в электронную форму, включая ведение истории болезни. Минздравсоцразвития должно оперативно завершить разработку порядка оказания первичной медпомощи, определить обязанности участкового врача и медицинских сестер. Татьяна Алексеевна (обращаясь к Т.А.Голиковой – министру здравоохранения и социального развития Российской Федерации), сколько, как вы думаете, потребуется времени для того, чтобы эту систему разработать и внедрить?

Т.А.Голикова: У нас практически уже всё готово. Мы в первой части об этом говорили. Мы сейчас ждём закона «Основы законодательства в сфере здравоохранения», который даст нам возможность это выпустить как нормативный акт Минздрава.

В.В.Путин: Когда планируется в Думе принять?

Т.А.Голикова: Законопроект у нас готов, он в Правительстве сейчас находится. Как только Правительство его рассмотрит, он пойдёт в Думу…

В.В.Путин: Давайте выносить это на ближайшее заседание Правительства.

Т.А.Голикова: Хорошо.

В.В.Путин: Далее. Повышение эффективности работы первичного звена, рост квалификации участковых врачей, качества оказываемой ими медицинской помощи, вне всякого сомнения, даст весомую отдачу с точки зрения профилактики, раннего выявления заболеваний. Выиграют и сами медицинские работники: учитывая современный механизм финансирования медицинской помощи, когда деньги следуют за пациентом, значительная часть средств останется именно в первичном звене здравоохранения, что напрямую должно сказаться и на повышении зарплат участковых врачей и медсестёр.

Несколько слов о сельском здравоохранении. На съезде Ассоциации крестьянских (фермерских) хозяйств, которое недавно мы проводили в Тамбове, договорились уделить повышенное внимание развитию медицины на селе, тем более что за последнее время ситуация здесь, к сожалению, не улучшилась, а скорее, наоборот, деградирует.

Это тенденция плохая, неприемлемая, и, безусловно, её нужно переломить. За предстоящие два года предстоит переоборудовать не менее 2 тыс. фельдшерско-акушерских пунктов, дополнительно открыть ещё около 300, организовать на селе более 1 тыс. офисов врачей общей практики.

Отмечу, что положительный опыт перевода участковых служб в сельских районах на работу по принципу врача общей практики в регионах есть – например, в Астраханской и Пензенской областях, Республике Чувашия, в Татарстане, где врачебная помощь максимально приближена к сельскому населению.

И конечно, нужно создавать такие условия, чтобы специалисты, особенно молодые специалисты, которые приходят после высших учебных заведений, шли на работу в сельскую медицину охотно. Если посмотреть, что в некоторых регионах происходит (скажем, на примере Смоленской области – это всего 150 км от Москвы), в самом Смоленске около 50 врачей приходится на 10 тыс. человек, а рядом в сельской местности 15 не наберётся.

И в городе, и на селе в рамках программ модернизации надо будет внедрить самые современные стандарты медицинской помощи, причём система государственных гарантий должна работать на деле. Человек независимо от того, где он проживает, должен иметь возможность воспользоваться бесплатной, качественной, доступной медицинской помощью.

Также в полной мере должен заработать новый закон «О медицинском страховании». Для гражданина это будет означать возможность выбирать врача, медицинское учреждение, а также страховую компанию, идти в ту поликлинику или больницу, где ему предоставят лучшую медицинскую помощь.

Мы с вами говорили, какие значительные ресурсы необходимы для модернизации здравоохранения, говорили о поставках современного оборудования и о ремонте помещений, зданий, сооружений. Но мы никогда не добьёмся успеха, если не сможем изменить отношение медицинских работников к себе и своему труду.

Известный русский философ Иван Александрович Ильин однажды спросил своего врача о секрете мастерства. И тот ответил: любовь к больному, потому что если этого нет – дальше продолжил врач Ильина, – то нет главного двигателя – души и сердца.

К сожалению, этот двигатель иногда, и надо прямо об этом говорить, барахлит в нашем здравоохранении. На сайт Правительства, в общественные приёмные поступает много обращений от граждан, которые жалуются на некорректное, неэтичное отношение к ним со стороны медработников, а порой, чего скрывать, на вымогательство. Такие вещи неприятно говорить, но это есть. Лучше об этом сказать – сказать и думать, как решать эти проблемы. В конечном счёте от каждого из нас зависит, что происходит в том или ином учреждении, какое отношение складывается между людьми, которые в это учреждение приходят, и теми, кто в нём работает. Многие проблемы не решаются не потому, что денег нет, а потому, что решением этих проблем никто не занимается.

Возьмём пресловутые очереди. У нас есть люди, которые днями просиживают в душных коридорах – об этом недавно говорили, кстати, на совещании в Рязани. И кто хотел услышать проблему – услышал и принял соответствующие меры. Например, в Челябинской области в онкологической поликлинике сразу внесли изменения. Сразу! Регистратура заработала с половины восьмого утра, пять окон для записи к специалистам дополнительно появилось, добавили число кабинетов для врачей, подвинув при этом руководящий состав. А вот в некоторых регионах ничего не услышали и, видимо, опять ждут, что кто-то сверху займётся разбором полётов.

Считаю, что нам нужно выстроить чёткую, понятную, эффективную систему управления качеством медицинской помощи. В жалобах, которые поступают от людей, часто говорится о недобросовестном выполнении медперсоналом своих профессиональных обязанностей, а иногда и о прямом нанесении вреда здоровью больного.

Я предлагаю ежегодно публиковать рейтинги медицинских учреждений и страховых компаний с обязательным учётом оценок пациентов. И начать нужно с государственных учреждений здравоохранения, крупных страховых компаний и частных медицинских организаций.

Считаю, что информация о реальном состоянии дел в лечебных учреждениях, результатах рассмотрения жалоб граждан должна быть абсолютно открытой. Скрывать, замалчивать неприглядные явления, покрывать ошибки – абсолютно неприемлемо и недопустимо ни для пациентов, ни для медицинского сообщества. Уверен, чем полнее и объективнее будет информация, тем быстрее пойдёт процесс позитивных перемен в системе здравоохранения.

Уважаемые друзья! Мы с вами говорили об отношении врачей к пациентам, о качестве работы. Конечно, на справедливые жалобы наших граждан нужно реагировать. Но и сами медицинские работники заслуживают того, чтобы их услышали, их поняли, их понимали. Многие врачи и медсёстры не скрывают: когда зарабатываешь копейки – не до улыбок, не до хорошего настроения.

Не секрет, что, получив высшее образование, врачи, придя в больницу или поликлинику, получают ставку 5–7 тыс. рублей в месяц и, чтобы прокормить семью, вынуждены совмещать по нескольку ставок, набирать ночные дежурства, работать порой по две смены подряд.

Абсолютно очевидно, медицинские работники должны получать достойную заработную плату. И в рамках региональных программ должно быть сделано всё, чтобы это было именно так. Ввод новых стандартов, в которых будет чётко прописано, сколько получат за оказание того или иного вида помощи врач, фельдшер, медсестра, – это хороший инструмент для решения этой проблемы. При этом тариф оплаты труда медработника будет выше, чем сейчас. Думаю, что подавляющее большинство из здесь присутствующих понимает, о чём идёт речь. Например, сейчас из расходов на операцию по резекции желудка на оплату труда уходит 5,6 тыс. рублей. По новому стандарту это уже будет 12,5 тыс. рублей. В результате за два ближайших года фонд заработной платы медработников должен увеличиться как минимум на 30–35%. Конечно, это только первые шаги и этого недостаточно – очевидный факт. Нужно думать о том, что дальше будет происходить в этой сфере.

Здесь хочу сказать о взносах в Фонд обязательного медстрахования. Мы повысили их на 2%. Более того, начиная с 2013 года эти отчисления будут целиком направляться на финансирование медицинской помощи, включая оплату труда медработников, что должно привести к дальнейшему заметному росту заработной платы.

Также напомню, что в рамках реформы бюджетных учреждений у руководителей появятся новые возможности финансово поддержать наиболее востребованных специалистов. И конечно, мы продолжим прямую индексацию заработных плат бюджетников: с июня, как вы знаете, это будет по закону (у нас закон уже принят) 6,5%, осенью мы вернёмся к этому вопросу ещё раз, посмотрим на то, как функционируют у нас экономика, социальная сфера. Вернёмся к этому ещё раз, я уже говорил об этом на одном из мероприятий по линии «Единой России».

Вместе с тем отмечу, что материальное положение и условия жизни медработников во многом зависят и от региональных властей. Почему у нас отдельные регионы, не имеющие никаких сверхдоходов, находят ресурсы, чтобы формировать сильные врачебные коллективы, привлекать молодых специалистов, а другие такими проблемами не занимаются практически вообще?

Хочу остановиться на положительном примере. Например, в Пензенской области врачи ряда востребованных специальностей получают ежемесячную региональную надбавку в размере 10 тыс. рублей, операционные сёстры – в размере 5 тыс.
рублей. А с мая этого года запускают свою программу привлечения специалистов в регионе. Врач, в том числе выпускник вуза, приехавший на работу в Пензенскую область, получит финансовую помощь. За три года работы размер таких подъёмных составит 375 тыс. рублей, в том числе их можно использовать и на погашение ипотечных кредитов для решения жилищных вопросов. 150 тыс. рублей – первые единовременные выплаты, 50 тыс. рублей – по окончании первого года работы, 75 тыс. рублей – по окончании второго года работы и 100 тыс. рублей – по окончании третьего года работы.

Замечу, что, по оценкам экспертов, в целом по стране около 70 тыс. молодых врачей нуждается в жилье. И ежегодно лишь только 2–2,5 тыс. из них решают свою жилищную проблему. Нам вместе нужно предметно заняться этой темой, использовать уже имеющийся опыт. Например, в Хабаровском крае муниципалитеты предоставляют жильё выпускникам медицинского университета, принятым по целевому набору, и, конечно, очень правильно делают.

Повторю, очень многое зависит от позиции регионов, желания реально заниматься проблемами здравоохранения и медицинских работников. Мы такую инициативу всегда будем поддерживать. Для этого, хочу вас проинформировать, создается специальный стимулирующий фонд в размере 30 млрд рублей, из которого будем дополнительно финансировать субъекты Российской Федерации, которые активно развивают здравоохранение. И у таких регионов, как Пензенская область, Хабаровский край, другие регионы, думаю, есть очень большие возможности и шансы получить часть этих ресурсов. Будем давать деньги туда, где работают над проблемой.

Хотел бы затронуть сегодня ещё ряд достаточно острых тем. Существует проблема, которая напрямую связана с оплатой труда рядового медперсонала, – это большой штат руководителей в здравоохранении. Уровень зарплаты самого низкого персонала в значительной степени зависит от того, сколько у нас начальников и руководителей. Так, для справки, в 2010 году в медицинских учреждениях насчитывалось 28 тыс. главных врачей и их заместителей по лечебной работе. У многих главных врачей больниц появилось 8, а то и 10 заместителей, да ещё помощники, референты и так далее и так далее.

Мы как-то договаривались в Правительстве, чтобы у министров было не больше двух, а потом как грибы – не удержать просто! Всё замы, замы, помы… И у главных врачей то же самое происходит. Ну уж ладно, у министра обороны три, четыре, пять… Но у главврача 8–10 – ну многовато!

Одновременно мы наблюдаем неоправданно большой разрыв уровня зарплаты руководителей лечебных учреждений и самих специалистов-врачей – в некоторых регионах разница в 5–7 раз. На зарплату только врачебного руководства в год уходит более 15 млрд рублей.

Считаю, что количество чиновников в здравоохранении явно разрослось и его нужно привести в оптимальное соответствие со здравым смыслом и реальными потребностями отрасли. Главное, на ком держится здравоохранение, – это практикующий врач, фельдшер, медсестра. Именно из этого и нужно исходить при распределении фонда оплаты труда.

И конечно, нельзя требовать от медработника эффективной, самоотверженной работы, не создав для него нормальных условий. Об этом у нас зачастую не думают, забывают и о горячей еде в суточное дежурство в больнице, и о душе после операции, и даже о нормальном чистом халате.

Что касается халатов, то некоторые лечебные учреждения их вообще практически перестали закупать – предлагают врачам обеспечивать себя своими силами. Видимо, кому-то невыгодно размещать заказы на такое, с позволения сказать, оборудование.

В результате все эти, казалось бы, мелочи вкупе с низкими заработными платами, бытовой неустроенностью складываются в одну большую проблему, название которой – снижение престижа и авторитета профессии. Я прошу руководителей здравоохранения, общественные объединения обращать на организацию условий труда самое пристальное внимание в ходе реализации региональных программ.

Отдельно хочу остановиться на проблеме выпускников медицинских вузов – интернов. Это тема, которая также сегодня вызывает много вопросов, в них нужно разобраться и найти правильное решение. Сейчас интернатуру можно проходить только на базе образовательных учреждений – в России порядка 55 медицинских академий и университетов. А как быть интерну в регионе, где таких вузов нет?

Получается, например, что выпускник не может поехать к себе домой на работу, скажем, в Магадан или на Камчатку, а вынужден год практиковаться в вузах во Владивостоке или Хабаровске, если взять для примера такой проблемный регион, как Дальний Восток. За это время многие успевают создать семью, завести детей, найти постоянное место где-то в клинике или вообще где-то на стороне, и через год человек уже и возвращаться никуда не хочет, и на самом деле можно понять.

К этому нужно добавить, что интерн в течение года получает не зарплату, а стипендию в размере 2 тыс. 700 рублей. Фактически мы толкаем уже взрослого человека с высшим образованием заниматься чем угодно, крутиться как угодно, но не уделять время своему профессиональному росту.

Прошу Минздравсоцразвития, Минобрнауки и Минфин снять в самое ближайшее время все эти вопросы и по порядку прохождения интернатуры, и по материальному обеспечению интернов. Прошу сделать такие предложения.

* * *

И в заключение хотел бы сказать следующее. От того, может ли человек получить качественную медицинскую помощь, от того, в каких условиях работают врачи и медсёстры, как они выполняют свой долг перед пациентом, зависит судьба конкретных людей, их семей, будущее всего нашего государства. Цена задуманных нами преобразований очень высока, но ещё выше цена надежд и ожиданий миллионов граждан России. И наша с вами общая цель – оправдать эти надежды и это доверие граждан. Думаю, мы вместе с вами эту задачу вполне в состоянии решить. Спасибо большое за внимание.

* * *

Комментарий В.В.Путина к выступлению директора Московского НИИ неотложной детской хирургии и травматологии, президента Национальной медицинской палаты Л.М.Рошаля

В.В.Путин: Чтобы коллегам было понятно, это, собственно, я просил сегодня выступить Леонида Михайловича (Л.М.Рошаль), заранее зная, что его выступление будет достаточно полемическим – в чём-то острым, в чём-то профессиональным, а в чём-то, Леонид Михайлович на меня пусть не обидится, и наивным. Но эта наивность исходит от сердца, от желания сделать лучше, и это самое главное.

Несколько замечаний по поводу саморегулируемых организаций. Леонид Михайлович мне рассказывал, недавно приходил в Правительство, мы с ним посидели, поговорили на этот счёт – я в целом полностью разделяю подходы не только к саморегулируемым организациям в здравоохранении, а вообще: постепенно надо как можно больше определённых функций, регулируемых сегодня государством, передавать в саморегулируемые организации.

Я хочу всем коллегам сказать и Леониду Михайловичу: в Германии 130 лет работает эта палата, не работала только при Гитлере. Но 130 лет! Вы знаете, там культура определённая сложилась и правовая база. Об этом я сейчас тоже скажу. Мы в строительстве значительную часть (не все, но значительную часть) функций передали саморегулируемым организациям. Подавляющее большинство строительных компаний страны, которое просило об этом, говорит: верните назад лицензирование, невозможно работать стало. Потому что вот эти саморегулируемые организации взяли на себя функции и далеко не всегда – я не говорю, что сплошь и рядом, не говорю, что это общая практика, – но далеко не всегда справляются с этой задачей. И те, кто там, в этих организациях доминируют, начинают подавлять других: задвигают, чего-то не дают вовремя. Недавно мы собирались, я соберу еще строительный сектор, хочу их послушать повнимательнее, потому что это очень важная сфера нашей с вами деятельности, уже просто напрямую говорят: верните назад, легче было работать.

Но в целом, генерально, Леонид Михайлович прав: в этом направлении двигаться всё равно нужно, только аккуратно.

Л.М.Рошаль: Владимир Владимирович, в отличие от строителей, которые взяли всё, мы берём только маленький раздел.

В.В.Путин: Да-да-да.

Л.М.Рошаль: …профессиональную деятельность.

В.В.Путин: Нет, там тоже только профессиональная деятельность - они гинекологией не занимаются там, поверьте. И вы строительство не возьмете. Просто нужно постепенно, дозированно. Но в целом это движение абсолютно в правильном направлении.

Теперь по поводу концепции. Конечно, сначала концепция, потом закон. Но, насколько я знаю, концепция в прошлом году принята. Может, она требует доработки…

Л.М.Рошаль: А где? Нет концепции. Не опубликована.

В.В.Путин: Есть, есть. Концепция есть, она принята, утверждена. Просто есть другая проблема, о которой Леонид Михайлович (Л.М.Рошаль) сказал, и вот с этим я согласен. Если даже Леонид Михайлович не знает, что есть концепция, – это значит, что она плохо обсуждалась в профессиональном сообществе.

И закон этот… Вот вылезло несколько несуразностей в предлагаемом законе об образовании. Мы немножко там скорректировали – и пошло обсуждение: в интернете появилось, и профессиональные люди, и те, кто просто интересуется образованием, начали принимать участие. Так же должно быть и в этой сфере. Современные средства коммуникации позволяют это делать очень широко с привлечением огромного количества заинтересованных лиц, причём профессионально, хорошо подготовленных. И конечно, в этой сфере нужно делать то же самое. И концепцию надо тогда, если многие присутствующие здесь её не знают, ещё раз обсудить, посмотреть, взвесить, скорректировать и положить в основу будущего закона о здравоохранении. Абсолютно с этим согласен!

Так же как и с тем, что по некоторым направлениям деятельности… Вот многие критикуют 94-й закон, и справедливо критикуют, а вот сейчас это какой-то 601-й приказ Министерства экономического развития. Я, конечно, о нём не знаю, и вот эту вату там или чего-то ещё вместе с томографами в одну позицию забили - чем-то руководствовались… Конечно, как Черномырдин (В.С.Черномырдин) говорил в своё время: хотели как лучше, получилось как всегда. Но это мы поправим, это не самое страшное.

По поводу профессионалов в Министерстве здравоохранения. В 1990-е годы одни врачи были в Министерстве здравоохранения, а ситуация была хуже. Правильно, что нужны организаторы – экономисты, финансисты. Конечно, должны быть при этом люди, которые что-то понимают, и не что-то, а как следует разбираются в здравоохранении, это правда. Но организаторы – это не практикующий хирург. У нас были и такие, в том числе мои друзья, которые и министрами были, и раз в неделю или два даже ездили лично операции проводили. Я не знаю вообще, такое совмещение правильное или нет, у нас в администрации Президента до сих пор один сотрудник ездит петь в Мариинском театре…

Л.М.Рошаль: Владимир Владимирович, а вот министр у Вас сидит там, слева, который совмещал…

В.В.Путин: Я знаю, знаком я с ним.

Л.М.Рошаль: Прямо слева. Прекрасный был министр и совмещал всё.

В.В.Путин: Ну хорошо. Были и такие, наверное. Просто есть и то, и другое, но не обязательно… Необязательно практикующим должен быть хирург, кто-то ещё – ну необязательно, хотя, конечно, безусловно, человек должен понимать ту отрасль, которой он занимается. Но организатор, он прежде всего должен быть хорошим экономистом, финансистом, должен понимать, куда деньги идут, на что тратятся.

Кстати, полностью согласен с Леонидом Михайловичем, мы с ним говорили на этот счёт, он сейчас повторил это: можно, действуя аккуратно, значительную часть ресурсов, которые сегодня выделяются на здравоохранение, экономить, все эти программы внедрять… Зачем действительно велосипед придумывать, 10 раз одно и то же – только чтобы спилить деньги на чём-то, привлечь на какие-то заказы совершенно ненужные? И здесь, конечно, очень многое можно и нужно сделать.

Так, по поводу того, что наш гражданин, где бы он ни проживал, имеет право и должен иметь возможность получать хорошую медицинскую услугу. Где бы он ни проживал! Это касается не только медицинской услуги – это касается и образовательной услуги, и очень многих других составляющих нашей жизни, социальной сферы. Но всё-таки мы должны оставаться на почве реальности – по факту жизни это просто не везде возможно. Стремиться к этому надо – это безусловно! И нужно всё сделать для того, чтобы в конце концов мы добились такого положения вещей.

Но, собственно говоря, ведь так и стараемся делать. У нас сколько дотационных регионов? Больше чем доноров. Деньги действительно собираются, а потом распределяются по регионам-донорам. Свыше 1 трлн рублей перераспределяется. Как правило, региональное руководство само определяет приоритеты этих расходов. Но можно здесь поправить, конечно, можно начать навязывать регионам, говорить: мы вам вот столько-то отдаём, а вы не меньше такого-то объёма должны, допустим, на здравоохранение направить, столько-то, и не меньше, должны направить на образование и так далее, и так далее. Такая точка зрения возможна к реализации.

Есть и другая, которая говорит, что ответственность должна быть на каждом уровне своя и люди должны понимать свою ответственность, чувствовать её, и навязать из Москвы всё, что должны сделать в каком-то городе или посёлке, невозможно, потому что где-то, допустим, если применительно к здравоохранению говорим:сейчас мы в целом примерно определили из всего объёма финансирования в 460 млрд рублей на программу модернизации 25% – на детство. Но это примерно. Почему? Потому что в некоторых регионах, в некоторых городах и посёлках что-то сделано уже в этом смысле, и там не нужно 25% от общего объёма финансирования. А где-то вообще ноль, там можно 30% – и, наверное, тоже будет не хватать. Понимаете? Так навязать по каждой сфере деятельности прямо из Москвы достаточно сложно. И это тоже может привести к нерациональным расходам – вот в чём всё дело! Не потому, что кто-то не хочет, а потому, что есть сомнения, что это будет эффективно работать.

Наконец, самое главное – про тумбочку, из которой деньги надо брать. В чём прав Леонид Михайлович, несмотря на то что он постоянно критикует Министерство здравоохранения, что мне нравится на самом деле (почаще бы встречались люди, которые в других отраслях так спокойно, несколько флегматично, но прямо в болевые точки: тюк-тюк, тюк-тюк), может быть, мы тогда эти приказы, как 601-й, побольше вытаскивали бы и поправляли своевременно.

Конечно, от общего объёма финансирования всего, что в стране делается, у нас сегодня 3,9% от ВВП идёт на здравоохранение. И этого мало – очевидный факт. В ближайшее время мы сможем довести это до 5%. И этого, конечно, мало будет. Но эти проценты ограничены: их всего 100. 5% будет на здравоохранение, столько-то будет на образование, у нас сейчас уже с вами на пенсионное обслуживание, на пенсии – 10% ВВП. Сегодня! И всего там 100%! Вопрос в том – как нарезать. А там ещё есть и оборонная промышленность, там есть сама оборонка – там много всего. И на всё нужно выделить – это тоже вопрос приоритета.

Конечно, приоритет номер один – это здоровье нации, сохранение. И в этом смысле мне сказать Леониду Михайловичу особенно нечего, хотя, повторяю, мы будем двигаться в этом направлении. Обязательно! Ну какие источники? Надо прямо сказать – какие источники увеличения? Это либо софинансирование со стороны граждан, но Леонид Михайлович прав, надо по максимуму сохранить – собственно, это в Конституции прописано, мы по-другому не можем сделать - бесплатное здравоохранение. Вторая возможность – это прямое финансирование из бюджета. Но здесь, я сказал, есть определённые ограничения, потому что по отраслям надо делить эти деньги. И третье – это увеличение страховых взносов. Мы их подняли до 34% в этом году. Реакция бизнес-сообщества, видите, какая? А для того, чтобы реализовать план, который предложил, скажем, Леонид Михайлович, нужно не снижать социальные взносы с 34% вниз, а повысить их ещё до 44%. Это вопрос баланса интересов в обществе и понимание того, что у нас впереди – лошадь, телега? Как их разместить между собой, откуда деньги брать, как действовать в условиях кризиса, в условиях выхода из кризиса? Сейчас будем искать тем не менее варианты снижения страховых взносов, а не увеличения. Тоже есть определённая логика, но эти возможные варианты увеличения финансирования не ограничены: нельзя просто включить печатный станок, напечатать денег и раздать здравоохранению. Завтра же щелкнет инфляция, и все наши с вами усилия сведутся к нулю. К нулю просто! И никакой нам не поможет закон – ни 94-й, ни какой-то 95-й, потому что всё будет в 10 раз дороже!

В современной экономике действуют свои законы, и несоблюдение этих законов дорого стоит обществу. Но мы с вами для этого и собрались сегодня, чтобы поговорить откровенно по всем этим проблемам. И я хотел тоже до медицинской общественности довести нашу позицию, хотел, чтобы вы услышали, как идёт здесь дискуссия, и чтобы стали её участниками.

Спасибо вам большое!

* * *

Заключительное слово В.В.Путина:

Два замечания по поводу того, о чём говорил Сергей Борисович (С.Б.Дорофеев – главный врач поликлиники №1 г.Новосибирска). Это касается прежде всего опасений ликвидации участкового звена. Нет такого и не предусматривается! И если мы посмотрим проекты документов.

Знаете, вот на что я хотел бы обратить внимание? Так называемая юридическая техника (есть у юристов такое понятие, то есть слова и выражения, которыми авторы закона пытаются донести свою мысль до будущего исполнителя), конечно, должна быть более точной, эта юридическая техника, и понятной. Здесь написано: вместе с тем гражданин должен получить право так называемого управляемого выбора – то есть из альтернатив, предложенных врачом, терапевтом участковым на самом деле.

Но это просто лишний раз убеждает в том, что мы правильно сделали, что собрались сегодня в таком составе, чтобы услышать друг друга и своевременно внести необходимые коррективы в предлагаемые решения, которые действительно являются и могут быть фундаментальными, рассчитанными на многие годы вперёд, так как сейчас норма, о которой вы говорили, по 5 минут там для одного специалиста, по 2 минуты – для другого. И конечно, всё это нужно уточнить и по возможности внести соответствующие изменения.

Да, по поводу Года врача и педагога. Да, действительно в прошлом году у нас был Год педагога, но без денег. В этом году деньги в медицину без Года медицинского работника. Вы что предпочитаете больше?

Что касается образования, то только в этом году, как видите, мы подошли к решению этого вопроса, и то, сейчас нужно будет готовить программу, и, соответственно, мы сможем начать её реализацию где-то с 1 сентября. Собственно, основная финансовая нагрузка будет уже в следующем году, хотя начнём уже в этом году. Ну а если серьёзно говорить, то, конечно, здесь уже правильно было сказано: действительно учитель, медицинский работник, военный – три столпа, на которых стоит государство. Абсолютно точное определение! И то, что мы с вами сегодня собрались, обсуждаем предлагаемую программу модернизации развития отечественного здравоохранения, убеждает меня в том, что мы делаем это своевременно и форма, выбранная для достижения совместной благородной цели, очень правильная, потому что я вижу, что в зале сидят талантливые, очень заинтересованные люди. Хочу вас за это поблагодарить. Спасибо вам большое!.

Возврат к списку

1


Ближайшие мероприятия

×
×