1 А начало было таким | Медицина Российской Федерации
14.11.2010

А начало было таким

197.jpgПо приглашению главы городского поселения Игрим Р. Р. Каримова принять участие в мероприятиях, посвященных 45-летию со дня образования Игрима, в 2009 году я вместе с женой отправился в Игрим. Паровозом добрались до Приобья. На перроне железнодорожной станции встретили В. И. Рязанцева, бывшего председателя Игримского поселкового совета, сели на «Метеор», в интересной беседе не заметили, как добрались до деревни Нарыкары, где нас встретил С. А. Канев. Он привез в Игрим и разместил гостинице. Затем посетили больницу, постояли на берегу дорогой для нас реки Северная Сосьва. Утром следующего дня – экскурсия по Игриму, участие в театрализованном праздничном шествии, сердечные встречи с коллегами по работе, знакомыми, просто жителями поселка. Масса впечатлений, какая-то добрая ностальгия о днях, прожитых в этом поселении. Торжественная церемония чествования передовиков предприятий и учреждений, ветеранов поселка, победителей конкурсов профессионального мастерства, художественной самодеятельности. Вокальный ансамбль Игримской больницы награжден баяном. Праздничное застолье в больнице, воспоминания, разговоры, приятные встречи. Вечером – большая концертная программа, в которой приняли участие  самодеятельные коллективы Игрима, Березово, Нягани. И – впечатляющий фейерверк, который вывел на улицы и во дворы, казалось, все население Игрима.

Праздничный банкет в кафе, бесконечные тосты, поздравления, трогательные воспоминания.

198.jpgУтром решили прогуляться по поселку. Естественно, меня потянуло на улицу Энтузиастов, к небольшому деревянному домишке на четыре хозяина, где я поселился по приезду в поселок Игрим.

Мое первое жилье состояло из комнаты около 10 квадратных метров, еще меньшей кухни, которые отапливались печью. Из всех удобств – только газ. Воду привозили, наливали в бочки, если не успевали занести домой, она замерзала, нужно было лед выбивать, и все повторялось. Воду по нашей улице развозил И. Ф. Кострикин, на автомашине «МАЗ» стояла десятикубовая емкость, через основной шланг которой он заполнял бочки. Рядом с основным краном был еще один, очень маленький, над ним – надпись: «Боржоми» для питья с похмелья». Большую часть суток приходилось проводить в больнице, топить печь было некогда, на кухне часто продукты замерзали, особенно самой холодной зимой 1968-69 года.

199.jpgМы с женой стояли у покосившейся избушки. Почему-то решили: «А ведь прошло совсем немного времени. Всего сорок один год…». К нам подошел один из соседей, я спросил: «Кто сейчас живет в этом доме?» – «Соседка - та, которая жила напротив» – «А где ее сын?» – «В Игриме. Вот эта «Нива» – его, сейчас уехал на другой».

Мы долго шли молча. В моей памяти, как будто это было вчера, вновь возникли те трагичные, очень жаркие дни июля 1982 года.

С началом развития нефтегазового комплекса в Тюменской области, ЦК ВЛКСМ организовал в Тюмени Республиканский штаб студенческих отрядов. В Игриме базировался зональный штаб, в составе которого всегда был врач. По сложившейся традиции, при хроническом дефиците врачей, в летний период врачей студотрядов принимали на временную работу.
Так произошло в случае, о котором я не могу не рассказать.

Доктор стройотряда и его коллега из медико–санитарной части трубопроводного треста уехали на лодке порыбачить на 200.jpgспиннинге. Недалеко от деревни Ванзетур, на берегу Сосьвы, они расположились на камнях. Неожиданно к ним подъехали на лодке два молодых человека, вышли на берег и стали снимать мотор с лодки, на которой приехали врачи. Когда они попытались помешать, их просто расстреляли из ружья. Тела убитых и изрубленную лодку утопили. Многие жители участвовали в розыске пропавших докторов. Только большое число участников поисков помогло в течение нескольких дней найти сначала – лодку, затем – тела убитых…

Прошло почти полгода, милиция не могла найти преступников. Один из убийц рассказал брату о содеянном, и тот заставил его заявить в милицию. На суде он взял всю ответственность на себя. Суд приговорил к высшей мере. В скором времени приговор исполнили. Истинный убийца отсидел четырнадцать лет, разъезжает на «Ниве», и его совсем не мучает то, что по его вине жены стали вдовами, дети – сиротами. Да кто дал право лишить жизни двух врачей – молодых мужиков, крепких, спортивных, они сделали много добрых дел, а сколько могли еще сделать?.

201.jpgМы уходили от этого домика с чувством обиды за наших коллег и вины перед ними за то, что не смогли добиться справедливого возмездия. Не мести, а ВОЗМЕЗДИЯ. Наша прогулка продолжалась, совсем незаметно оказались на высоком правом берегу Сосьвы у причала флота Газпрома. Поразило большое число катеров, поднятых на берег, стоявших в караване. Сколько речников лишилось любимой работы, средств существования! Понятно – кризис.

Подошла лодка с рыбаками. В пайве - щуки, язи, несколько сорожек, сырков. Совсем рядом оказалась нефтеналивная баржа. В моей памяти всплыла еще одна трагическая, но очень поучительная история.

Несколько лет назад на такой же барже работал выходец из Азербайджана – мужик средних лет, который исправно заправлял катера. Стояли последние дни очень жаркого июля, заправщик уехал на рыбалку и пропал. В то время многие жители поселка понимали: уехал на рыбалку и пропал – значит утонул. Так и случилось. Через несколько дней тело утонувшего доставили в морг нашей больницы. Спустя два дня, вечером, ко мне в кабинет вошел пожилой азербайджанец в черной папахе и пальто. Его глаза 202.jpgвыражали боль и страдания, какую-то отрешенность. Он попросил пройти с ним морг. Я взял ключи в приемном отделении, и мы зашли в помещение морга. На секционном столе лежало тело его сына без кистей и стоп. Подойдя ближе, он поднял руки верх и прокричал: «Какой позор!», обращаясь ко мне, сказал: «Я Вас убедительно прошу, никому не говорите, я никому не покажу». Мне стало очень жаль этого старого человека, пережившего своего сына, умершего такой страшной смертью. По поселку распространились слухи о том, что он проверял чужие сети – его наказали. Судмедэксперт, приехавший из Ханты-Мансийска, сделал заключение о том, что расчленения тела не было.

Хочется рассказать еще об одном случае. Терапевт нашей больницы – высокого роста, плотный, сильный, с лысиной, с выразительными карими глазами, в очках, которые носил постоянно (они придавали ему некоторую интеллигентность), очень похожий на Пьера Безухова, страстный любитель охоты, рассказал, как однажды на охоте он задремал у костра и во сне почувствовал: что-то твердое и холодное давило ему на гортань. Он открыл глаза, перед ним стоял один из охотников, с кем он целый день охотился, и, упираясь стволом ружья в шею, кричал: «Кто кокотал?!» Товарищи по охоте стали уговаривать: «Селиверст, это же – доктор, наш друг, он не хохотал, он просто пошутил». С трудом оттащили Селиверста, продолжавшего кричать: «Кто кокотал?!»

.

Возврат к списку

1


Ближайшие мероприятия

×
×