1 Кузьмич | Медицина Российской Федерации
13.11.2010

Кузьмич

3em; font-family: Arial, sans-serif; font-style: normal; background-color: rgb(255, 255, 255); text-align: right;">Чересседельник порвалси,

Ванька с воза ё …си.

В. К. Сергеев

 

 

162.jpgСолнечные лучи слабо пробивались сквозь морозный туман раннего утра. Больничный «уазик» подъехал к зданию аэровокзала, из него вышла бригада медицинских работников районной больницы, направляющихся в поселок Саранпауль для проведения обследования призывников. В составе бригады, кроме медработников, военный комиссар района – Б. И. Решетников, начальник второго отделения военкомата – В. Д. Пархоменко.

Бригада вошла в здание аэропорта и разместилась на свободных, вытертых скамьях. Неожиданно подошел командир МИ-4 Литвинов и пригласил нас пройти на посадку. Мы прошли за ним и увидели зачехленный вертолет, не готовый к полету. Пока прогревали двигатели, ждали АП, прошло время, мы страшно замерзли, сели в не отапливаемый вертолет и без малого полтора часа летели в Саранпауль.

Мы так замерзли, что, когда вошли в здание больницы, не могли расстегнуть пуговицы на одежде, чтобы раздеться.

Главный врач больницы Николай Гуслистый тут же принес горячий чай, сушки и спирт. Через полчаса согрелись, подобрели, решили идти в столовую на обед.

Мы вышли на самую  широкую улицу поселка. Навстречу нам на санях, запряженных лошадью, ехал местный мужик, неожиданно лошадь резко дернулась, мужик, небрежно сидевший в санях, свалился в снег. Рентгенолаборант Виктор Кузьмич Сергеев сразу отреагировал, сказав: «Чересседельник порвалси, Ванька с возу ёб…си»… Все засмеялись, мужик встал, отряхнулся, заулыбался, сел на сани и уехал.

Продолжая путь к заветной столовой, мы подошли к избе с красным флагом – сельский Совет, значит. Зашли, поздоровались с председателем. Он, в свою очередь, поинтересовался, как устроились. Получив положительный ответ, он пообещал зайти к нам вечером.

Председатель поссовета, уважаемый человек – И. Н. Пилюгин - в зимние дни скучал, смотрел в окно, любовался редкими оленьими упряжками, проезжающими по дороге. Иногда, от скуки, звонил в аэропорт, спрашивал: «Самолетка летает или нет?» – «Вы что, улетаете?» – «Да нет, нечего делать – вот и звоню».

В столовой Кузьмич уговорил мужскую половину бригады «принять» перед обедом. В буфете столовой нам предложили болгарское вино «Биссер», взяли три бутылки, а налить вино сразу не смогли – оно представляло собой консистенцию мокрого сахара и не выливалось. Согрев в руках бутылки, с трудом разлили густую жидкость по стаканам. После сытного обеда, довольные, возвратились в больницу.

Районный хирург, В. И. Берсенев пошел на обход в отделение. Фтизиатр В. С. Васильев и рентгенолаборант Кузьмич готовили оборудование к проведению обследования призывников на туберкулез. Я принимал больных как врач-отоларинголог. В кабинет, где я вел прием, вошел работник 118 экспедиции, он только что «спустился с гор», то есть с рудника «Доде», где год зарабатывал деньги на отпуск. Он был слегка «под мухой», жаловался на то, что болит коренной зуб на нижней челюсти, очень просил удалить. В кабинете, где я временно вел прием, работал зубной врач, но его в то время не было. В стерилизаторах лежали шприцы, стоматологический инструмент. Медицинская сестра набрала в шприц новокаин, я сделал укол и удалил шестой нижний зуб. Мой пациент, уходя, благодарил и обещал принести к вечеру ящик водки. Я и помогающая мне медицинская сестра долго смеялись. Водку он, конечно, не принес, да она и не нужна была.

163.jpgНа второй день я увидел его сидящим на ступеньках крыльца столовой. Он купил большой кулек котлет и бифштексов, по одному бросал их стае голодных собак, которые слаем бросались на добычу, и кайфовал.

Через неделю я встретил его в Березово, он ходил по аэровокзалу, предлагал купить у него бурки – кисы, чтобы на вырученные деньги купить билет в Саранпауль: всего десять рублей. Годовой заработок он спустил, не уехав дальше Березово.

Ужинали мороженой олениной – когда шли по улице, я увидел, что оленевод рубит оленью тушу, попросил у него мяса, он дал, порубив его на мелкие куски; на второе – гуляш и картофельное пюре из больничной столовой. На столе рыба, лук, спирт, водка.

Военком Борис Иванович во время ужина принял граненый стакан спирта и пошел в клуб читать лекцию: «СССР – оплот мира и демократии». Когда он возвратился из клуба, Кузьмич спросил: «Боря, как лекция?» – «Ты знаешь, Кузьмич, слушали с большим вниманием, вопросы не задавали. Я сам задал себе три вопроса и сам на них ответил».
Кузьмич захохотал, а начальник второго отделения Виктор Дмитриевич многозначительно заулыбался, за что от военкома получил строгое внушение.

Сидели долго, играли в карты, немного выпивали. Кузьмич рассказывал истории из своей жизни.

В четырнадцать лет, во время войны, он стал работать подручным кочегара на пароходе. Ходили по Оби и Иртышу. На одной из пристаней Кузьмич с кочегаром добыли два ведра пшеницы, которую не показали членам экипажа. Замочили, чтобы напечь лепешек. Кочегар не смог устоять, преодолеть голод, наелся замоченной пшеницы. Ночью Кузьмич услышал: «Витя, Витя, я умираю…». Виктор включил свет и увидел кочегара, мечущегося по полке с огромным, плотным, как арбуз, животом. Кузьмич, сам не зная почему, с большим трудом перетащил его в душевую, уложил на лавку и стал лить на живот горячую воду. Горячая вода, распыляясь, стучала по животу, стимулировала кишечник, который стал интенсивно опорожняться, заполняя пол непереваренным зерном, испуская неприятный запах. Кочегару стало легче, спустя некоторое время он встал и занялся уборкой…

На пароходе узнали про знахарские способности, Кузьмича зауважали…

Утром начали призыв. Через пару часов основная работа была сделана. Осталось осмотреть призывников разных лет с отсрочкой от призыва.

В своем кабинете я проверяю остроту слуха шепотной речью: называю числительные – «26», «36», «46», «66». Мой пациент делает вид, что не слышит. Я протянул руку, чтобы взять камертон, но в это время в кабинет зашел помыть руки Кузьмич. После моего «66» он также шепотом произнес: «Выпить хочешь?», исследуемый повернул голову; Кузьмич: «В армию его, Алексеевич!»

Третий день стоим у деревни Тугияны. Вечереет. На противоположном берегу женщина идет, направляясь к своей лодке «калданке», у нее в руках маленькая ветка – отломила от березы отгонять комаров. Вышел медведь, большой, коричневый, подошел очень близко, женщина сказала ему: «Ступай», села в лодку и стала грести одним веслом. Мишка спокойно пошел по берегу…

Неделю на корабле. Устали. Надоело. Особенно пища: щука, язь, картофель, лук, уха. Завтра – домой.

Темная ночь в деревне Тугияны. Моросит мелкий холодный дождь. К утру может пойти шуга. В бригаде - трое мужчин, четыре женщины. Собрали остатки денег. Я и Кузьмич идем домой к продавцу. С трудом разбудили. Уговорили продать спиртное. С ворчанием отпустила бутылку водки и бутылку брусничного вина Кондинского производства.

164.jpgПоужинали надоевшим рационом.

Кузьмич забрался на верхнюю полку. Голый по пояс, надев мой галстук, сидя в длинных черных семейных трусах, до глубокой ночи рассказывал байки.

На его, Кузьмича, долю выпало «большое счастье» – несмотря на времена года, месяцами находился в командировках, где приходилось носить на себе громоздкий, несовершенный рентгеновский аппарат РУМ-4 и флюорографическую приставку Ф-55. Особенные трудности возникали осенью, когда падала вода, и аппаратуру нужно было доставлять с катера на большое расстояние, преодолевая глубокую няшу, еще сложнее было, когда Кузьмич оказывался единственным мужчиной в бригаде.

Виктор Кузьмич любил людей, уважительно относился к пожилым. Детей постоянно угощал сладостями, в карманах его халата всегда были конфеты.

Врачи В. И. Берсенев, В. С. Васильев, П. И. Югай всегда с уважением относились к Кузьмичу. Он любил выпить. Но, сколько бы ни выпивал, оставался добрым, уважительным, умеющим всегда договориться, уладить, помочь.

Кузьмич около сорока лет проработал в рентгенкабинете районной больницы. Его, казалось бы, незаметная работа давала возможность своевременно обследовать и лечить больных. Его природный юмор, умение общаться с людьми, доброта снискали уважение у коллег и жителей Березовского района.

Да, Кузьмичи ушли, остались в ХХ веке. Сегодня никто не захочет проводить основное время жизни в бесконечных командировках, таскать на себе тяжелые диагностические аппараты, подвергаться ионизирующему облучению - и все это за мизерную зарплату.

Спасибо тебе, Виктор Кузьмич, за твой труд, за твое доброе отношение к людям!

.

Возврат к списку

1


Ближайшие мероприятия

×
×