1 История медицины | Медицина Российской Федерации

История

ГЕНЫ ХИРУРГИИ: ОТ ОТЦА К СЫНУ

Врачебная династия Ратнеров подарила российской медицине двух выдающихся хирургов. Лев Ратнер создал уральскую школу хирургов-онкологов, Георгий — является основателем самарской школы сосудистой хирургии.

Довольно часто дети медиков при выборе профессии идут по стопам своих родителей. Но в случае с Ратнерами все было несколько иначе.

50.jpgУ школьника Григория Ратнера, сына профессора медицины и медсестры, были совсем другие планы, он мечтал стать инженером — учился в Московском энергетическом институте.

Грянула война, юноша пошел на фронт и в одном из боев получил сквозное пулевое ранение в грудь. Первую помощь ему оказали в полевом медсанбате. Когда выяснилось, что требуется более квалифицированное лечение — пуля, видимо, задела нерв, и у Георгия отказала правая рука, отец, подполковник медицинской службы Лев Ратнер, забрал сына к себе в Свердловск — долечиваться.

Лев Моисеевич предложил применить для лечения интенсивную физиотерапию. Похоже, что сына так поразил эффект этого метода, и, главное, те возможности, которые имеются у медицины для того, чтобы возвращать людей в строй, к труду и жизни, что он решил стать врачом и поступил в Свердловский медицинский институт.

Одаренному юноше все было интересно, все у него получалось и, по мнению его учителей, он мог бы хорошо зарекомендовать себя в любом направлении лечебной и научной деятельности. Но ратнеровский характер не позволил пойти по пути наименьшего сопротивления. Георгий решил стать хирургом, причем, классным, и пошел в Свердловский медицинский институт. Скорее всего, это произошло под влиянием авторитета коллеги его отца, блистательного хирурга и замечательного человека профессора Аркадия Лидского. Под его началом Георгий начал свою лечебную деятельность в клинике госпитальной хирургии Свердловского мединститута.

51.jpgТак складывалась хирургическая династия Ратнеров, самым ярким представителем которой является профессор Лев Ратнер. В августе медицинская общественность Урала отмечает 125 лет со дня рождения основоположника уральской онкологии.

Корни врачебной династии, возможно, уходят намного глубже, чем два названных нами поколения. Дед Георгия Львовича Моисей был земским врачом Смоленской губернии и потомственным почетным мещанином Смоленска. «Видел его лишь на фотографии, в числе известных русских врачей в каталоге Петербургской фирмы медицинских инструментов Штилле…», — писал внук.

Все, кто знал потомков смолянина Моисея Ратнера, отмечали свойственные им черты характера — напористость, невероятную смелость, упрямство.

Эта смелость позволила Льву Моисеевичу в то время, когда критиковать врачей с еврейскими фамилиями считалось признаком лояльности к властям, открыто выступить в их защиту. Врач-травматолог Уральского научно-исследовательского института травматологии и ортопедии Софья Липкина вспоминает, как Ратнер выступал в качестве оппонента на защите диссертации, в которой «страшно критиковались все учения вейсманизма-морганизма». Лев Моисеевич с возмущением заявил, что диссертант, по его мнению, не зная всей сути этого учения, позволяет себе его критиковать.

После этого выступления он был освобожден от заведования кафедрой факультетской хирургии СГМИ. Хотя, как предполагают его современники, это был только повод свести счеты с «неудобным» врачом и ученым….

Не однажды «семейный» характер усложнял жизнь и Георгию Львовичу. Он всегда высказывался прямо, невзирая на чины и ранги. Чуть ли не двадцать лет был в Самарском мединституте на положении чужака. Не менее острая ситуация складывалась ранее, в Челябинске, где Ратнер стал первым доктором медицины в вузе.

Но Ратнеры особого внимания на подобные жизненные перипетии не обращали. Они были новаторами в науке, в лечебном деле, и все их устремления были направлены на поиск новых путей в борьбе за здоровье и жизнь человека. Так Лев Ратнер избрал предметом исследований малоизученную область практической медицины — онкологию. Он не принадлежал ни к одной хирургической школе — сам был ее создателем. И всегда следовал самым высоким моральным, этическим и врачебным требованиям. Не случайно Ратнер-младший скажет: «По своим нравственным качествам отец остается для меня человеком, близким к идеалу».

Сосудистая хирургия — та точка, где пересеклись научные интересы отца и сына. Лев Ратнер обратился к этой отрасли медицины, когда занимался лечением раненых в госпиталях Уральского военного округа. Георгий достиг в хирургии сосудов мирового признания. Знаменитый сосудистый «шов Ратнера», по мнению многих врачей, лучше, чем тот, за который была присуждена Нобелевская премия другому хирургу.

Ученики Ратнера-старшего отмечали его редкий дар оратора и остроумие. Та же Софья Липкина рассказывала: «содержание лекций и докладов — потрясающее…На конференции военных врачей он делал доклад об аневризмах: «Вы понимаете, операции на аневризмах очень тяжелы и коварны, как коварство ветреных женщин. А я, позвольте сказать, на своем веку знал очень много ветреных женщин».

Георгий унаследовал от отца не только врачебный, но и литературный дар. Он выпустил несколько книг, в том числе и афоризмов. К примеру: «Если наш человек захочет быть как-то отмеченным, то кроме его самого никто об этом и не подумает и не побеспокоится — ни ученики, ни сотрудники, ни начальство. Ему придется самому заботиться о своем выдвижении, оформлять все документы, писать самому себе характеристику. Для порядочного человека это унизительно, и он нередко предпочитает остаться без почета. Поэтому среди наших знаменитостей встречаются не самые достойные люди». Довольно горькое заявление. И основано оно на личном опыте. Ведь Лев Моисеевич Ратнер свою докторскую диссертацию защитил только в 60 лет, а до этого помог более двум десяткам своих учеников найти свой путь в науке. Да и младший Ратнер как хирург был более признан за рубежом, чем в родном Отечестве.

«Признать человека гением должны другие. И, как мне кажется, это может произойти только после смерти человека. При жизни редкую личность признают гениальной». Так писал Георгий Ратнер. Писал, в сущности, о себе и о своем отце профессоре Льве Ратнере. А умерли они оба по злой иронии судьбы от одной болезни, от той, от которой мечтали избавить своих пациентов — онкологии.


Возврат к списку

1


Ближайшие мероприятия

×
×